Ольгу Маковский расстреляли в 8 лет, но она смогла выжить и родила 10 малышей! - Pressite.ru

Post Top Ad

Ольгу Маковский расстреляли в 8 лет, но она смогла выжить и родила 10 малышей!

Ольгу Маковский расстреляли в 8 лет, но она смогла выжить и родила 10 малышей!

Share This


Семью уничтожили за маминого брата-партизана...


Удивительная судьба простой волынской женщины, матери-героини Ольги Маковской поражает такими совпадениями обстоятельств, в которые трудно поверить и которые она называет Божьим провидением

Ее расстреливали в день рождения – 4 марта 1943 года. Девочке Оли из села Большая Глуша Любешивского района исполнилось тогда восемь лет. Две пули пробили правое плечо, а третья – шею. Во дворе по составленным дровами уже лежали убитые бабушка, мама и папа, младший брат и маленькая сестренка …

Семью уничтожили за маминого брата-партизана

Нас встретила маленькая бойкая женщина, которая удивилась, что к ней приехали аж из Луцка, чтобы послушать рассказ о жизненных лишения.

– Мне было восемь лет, когда стала круглой сиротой, – Волынь на всю жизнь запомнила ужасные подробности убийства их семьи. – С шести душ осталась только я одна в этом мире. И, видно, так управил Господь, родила 10 детей, трое умерли еще маленькими от коклюша, а семь уже имеют свои семьи. У меня 19 внуков и 14 правнуков. Вот баба имеет семью, – гордо заявляет Ольга Иосифовна. – Если бы меня тогда забили, то не было бы никого из них, – грустно добавляет женщина.

Бабушка рассказывает, что она 1935 года рождения, самая старшая из троих детей в семье Иосифа и Марии Хведчикив. Кроме нее, еще были 5-летний братик Миша и маленькая сестренка Галинка, которой исполнился всего год. Вместе с ними жила бабушка Евдокии – мать Олиной мамы.

По словам женщины, их отец слыл трудолюбивого хозяина. Держали две коровы, пару лошадей, свиней, только построили новую овин. Мама и папа молодежи были, задорные к работе, собирались жить, но не дали им … В тот день в их селе расстреляли четыре семьи.

Интересуюсь у бабушки Ольги, за что и кто расправлялся с невинными крестьянами?

– У моей мамы был родной брат Даниил Кучинский. Нашу семью убили из-за него. Как пришли немцы, то он отправился в партизаны, то к советов или к повстанцам, даже не скажу вам. Там дали ему «стрельбу», и Даниил время от времени приходил по ночам в деревню. А немцы такие семьи выстреливали. Они-то не знали местных людей, кто куда пошел. Но жил в наших краях такой Кузин. Он еще при первых советов был каким-то начальником. Когда пришли немцы, стал служить им. Тот доносчик знал всех наших крестьян, кто чем дышит, – объясняет женщина.

Три поколения: бабушка Ольга, дочь Татьяна и внучка Елена.
Весна 1943 года была ранней и теплой. Как вспоминает Ольга Маковская, в тот день, 4 марта, папа встал на рассвете, запряг лошадь, чтобы ехать на поле сеять овес. Только вернулся позавтракать. Детки еще спали. И именно в этот момент у их дома остановилась машина. Угол села в Великой Глуше, где они жили, и сейчас называется, как и прежде, Заполле. Родители даже не догадывались, что к ним приехала смерть.

Полещуков убивал полицейский Кузин

Из машины вышли трое солдат, вместе с ними Кузин, одетый в черную немецкую форму и кожаную куртку.

– Испуганная мама нас быстренько разбудила, то накинули на себя, – продолжает Ольга Иосифовна. – Всех вывели на улицу. Спросонья мы даже не успели опомниться, как Кузин вынул пистолет и первым выстрелил в отца. Папа упали на землю. Я бросилась бежать к соседям, а он убил маму, Галинку и бабушка. За мной с плачем и криком побежал брат Мишка. Он хотел спрятаться в небольшом рве и упал там. Его догнал один из немцев и застрелил. За что? Поэтому невинные дети, которые еще не успели нагрешить, – женщина до сих пор не понимает мотивов ужасной расправы над крестьянскими семьями в Великой Глуше. Но в то же время вспоминает, как дядя Даниил предупреждал их, чтобы прятались, потому что немцы через него могут убить их.

В гроб к папе положили брата Мишку, а к маме – сестренку Галинку. Если бы меня убили, то положили бы в гроб к бабушке Евдокии.

Ужасе девочка побежала к своей крестной мамы, родственников Анны Кучинской. Их семья жила по соседству. Пытаясь спастись, Ольга залезла у тети Анны под кровать. Но Кузин бежал следом за ней и ворвался разгневанный к дому. Не захотел слушать оправдания крестной, никого в них не было. Сразу наставил пистолет и давай кричать:

– Выходите все, сейчас вас перестреляю, раз не отдаете ту девушку.

Тогда человек крестной сказал:

– Вылезай, Олечка, яко тобою нас побьют …

Ребенок стал в Кузина проситься:

– Забили маму и папу, то пожалейте хотя меня.

А он только буркнул:


– Не бойся, тебя господин немецкий офицер зовет.

И потянул Ольгу в их двор. Там по составленным дровами лежали родные. Чтобы девочка не увидела этой страшной картины, он приказал ложиться ей с другой стороны.

– Пистолет наставил на меня, – несмотря на почтенные годы, память бабушки Ольги сохранила каждое мгновение, – наступил такой момент, что я перестала бояться. Ослушалась, а не захтила ложиться на землю и внимательно смотрела ему в глаза. Только чуть повернула голову, Кузин сразу выстрелил. Когда лежала, то еще стрелял по мне, только я уже не слышала, потому что упала в обморок.

Две пули прошли навылет через правое плечо, а одна попала в шею. Каким чудом осталась жива, она до сих пор не понимает. Женщина уверена: это было Божье провидение, чтобы не погибла из мира их семья …

«Спасительница дохторка Сидорская рисковала собой»

Ольга Маковская не знает, сколько времени пролежала без сознания. Только открыла глаза, как услышала шум машины. Замерла, потому что подумала, что это Кузин с немцами вернулись ее добивать. Но они только на минутку остановились возле двора и поехали подальше.


– Пробую встать, вся в крови, смотрю, лежат мои мама и папа, братик и сестричка, у них бабушка Евдокия, – продолжает женщина. – Люди-то перевязали простреленное плечо и шею, дали знать бабе Анне – это мать моего отца. Она прибежала с другого угла – Яновка. Фурманка завезли в нашей дохторкы Сидорский. Медичка меня спасла, а я не могу вспомнить, как ее звали, столько лет прошло. На всю округу была золотым специалистом, лечила и бедных, и богатых. Никому не отказала, ехали к ней и ночью.

На следующий день в Великой Глуше хоронили замученных семью Хведчикив и еще одну. Там Кузин убил родителей и пятерых детей.

– В гроб к папе положили брата Мишку, а к маме – сестренку Галинку. Сельские мужчины несли гробы на плечах. Я на похоронах ни была, потому что лежала в доме в медички. Она только подняла меня к окну, чтобы я последний раз взглянула на своих родных и попрощалась с ними. Всех похоронили в одной большой могиле – от этих слов волынянки у меня на глазах появляются слезы. – Еще тогда подумала: если бы меня убили, то положили бы в гроб к бабушке Евдокии.

До лета сельская сирота Ольга жила у госпожи Сидорский. Милосердная женщина перевязывала ребенку раны, смазывала их мазью. А сын врача дул, чтобы не так болело девочке, которая, стиснув зубы, терпела боль. Потому что после смерти родных разучилась плакать. Медичка выходила ребенка, только косы ей обрезала, чтобы волосы не приставало к ранам.

Сейчас Ольга Маковская понимает: спасая ее, госпожа Сидорская рисковала жизнью, тем более, что к ней часто заезжали немцы, которых она лечила. Тогда женщина прятала ребенка, чтобы нацисты не увидели, в шкафу или в погребе, и девочка сидела там, как мышка.


– Когда немцы отступали, то забрали медицинскую с собой, – продолжает воспоминания бабушка. – Подвода, какой ее везли мужчины из нашего села в Камень, остановилась возле дома бабы Анны. Сидорская зашла к нам, обняла, поцеловала меня и на прощание подарила книжку: «Возьми, Олько, и молись Богу за то, что тебя Господь оставил в этом мире», – женщина показывает старенький, желтый от давности православный молитвенник на церковнославянском языке . – Я навсегда запомнила ее приказ, который до сих пор старательно выполняю. Молюсь всю жизнь и в церковь ходила. Сейчас стало меньше сил, немного нездоровится, но о молитве и свою спасительницу не забывает. Более о ее судьбе я ничего не знаю. Может, она уехала в Германию, кто знает. -То еще мне передали от нее сумку желтого сахара-рафинада …

«Еще долго снилось, что бегу, а за мной немцы гонятся»

Интересуюсь у Ольги Иосифовны, известно что-то о дяде Даниила Кучинского, через которого расстреляли их семью.

– После похорон родителей как-то среди ночи приходил к нам и плакал, что через него убили родню. Помню, как держал меня на руках. А баба Анна просила: «Иди, Данилко, потому что опять кто-то Зобач – и нас с Олечка забьют». То он как пошел, то и больше мы вести от него не было. Говорили, что пошел где-то в мире. Когда Кучинского встретил в Ковеле на вокзале его друг из нашего села. Даниил только рассказал, что нашел женщину-чешку и едет с ней в Чехословакию, – объясняет бабушка.

– Остались мы вдвоем с бабушкой Анной. На этом месте стояла ее старенькая избушка. Так и жили, держали две коровы и лошади, картофель сажали, зерно сеяли и то выживали. Семьи близкого у нас не было, сами себе справлялись. Бабушка меня любила и жалела, – продолжает женщина печальный рассказ. – Еще долго мне снилось, что бегу и прячусь, а за мной немцы гонятся, то кричала во сне. Я бабушки Анне помогала, как подросла. Когда организовали колхоз, то вдвоем ходили рожь жать серпом. Это была такая барщина – работали, как крепостные. За один трудодень давали 100 граммов зерна. Так и таке было жизне.
«Никогда не ленилась»

В 17 лет Ольга Хведчик замуж вышла за своего ровесника Иосифа Маковского. Он родом из Малой Глуше. То их в сельсовете еще и не хотели расписывать, потому что «малолетки», но батюшка таки обвенчал. Они поставили свой дом.

– Я хотела много детей, и Бог дал мне столько потомков. Имею книжечку и медаль «Мать-героиня», – женщина делает паузу и добавляет: – В свое старшего сына Михаила я родила 4 марта 1955-го. Именно через
12 лет после расстрела. Такая вот судьба …

Я слушал бабушку Олю и удивлялся ее жизнелюбию. За время нашей продолжительной беседы она не жаловалась и не роптала. Древняя крестьянская мудрость воспринимать реалии такими, какие они есть, и никогда не отчаиваться, а трудиться. Говорит, что человек был хорошим специалистом, работал токарем в «Сельхозтехнике». Уже прошло 19 лет, как неожиданно умер ее Иосиф – от инсульта.
В селе живут старший сын Михаил и маленькая дочь Татьяна. Двое детей за границей Петр – в России, Сергей – в Беларуси, Лида и Юрий – в Днепропетровской, а дочь Галина – в Голобах Ковельского района. На 70-летие к маме съезжались все дети и внуки.

Секрет оптимизма и долголетия Ольги Маковской очень простой, женщина с радостью им делится с читателями «Волыни-новой»:

– Никогда не ленилась. Навишивала столько полотенец, скатертей и подушек, всем хватит, – и бабушка Оля стала вынимать из шкафа свои живописные и яркие работы. – Дома есть станок, я ткала ткани и дочерей научила. И топирика по хозяйству вожусь, и есть сварю, и коровку выдою, еще и хлеб испеку. Со мной живет внучка Елена с семьей, которая мне помогает. Дай Бог им здоровля и всем добрым людям!

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Post Bottom Ad

Pages